АНАЛИТИЧЕСКАЯ ЗАПИСКА
Большевизм в Богодержавии —
единственное лекарство от фашизма
9 ноября 2001 г., как сообщило с утра того дня радио “Свобода”, был всемирный день борьбы с фа-шизмом. Могут возникнуть вопросы: А почему день борьбы с фашизмом назначен на 9 ноября, а не на 31 июля или 31 августа, например? К тому же в постсоветской России далеко не всем однозначно яс-но, с какими процессами в жизни национальных обществ и человечества в целом связано слово «фа-шизм». Это видно хотя бы потому, что «пламенные» демократизаторы на протяжении всего време-ни с начала перестройки обвиняли в «фашизме» большевиков времён Ленина и сталинской эпохи (как-то подозрительно забывая упомянуть среди фашистов Троцкого), а после того, как сами пришли к власти, непрестанно обвиняют в «коммунофашизме» — оппозицию, выступающую под лозунгом воз-врата России на путь строительства коммунизма и защиты её народов от эксплуатации междуна-родным капиталом. «Коммуно-патриотическая» оппозиция, в свою очередь, постоянно именует «де-мофашистами» сторонников гражданского общества и буржуазной демократии и их лидеров. По-этому реально проблематика фашизма и защиты от него не так проста, как представляется на пер-вый взгляд. Тем более она не так проста, как это пытаются представить радио “Свобода” и НТВ.
1. Немного истории
Тем не менее ответ на вопрос, почему именно на 9 ноября «международная общест-венность» назначила «всемирный день борьбы с фашизмом» является ключевым к понима-нию реальной проблемы и путей её разрешения.
9 ноября 1918 г. кайзер Германской империи Вильгельм II отрёкся от престола. Пока «социал-демократы большинства» , заседали в рейхстаге во главе с Фридрихом Эбертом и Филиппом Шейдеманом, обсуждая это событие и планы своих дальнейших действий, Карл Либкнехт — один из лидеров другого течения германской социал-демократии, сторонники которого заседали в императорском дворце в нескольких кварталах от рейхстага, — провоз-гласил Германию социалистической республикой. «Когда об этом узнали социал-демократы, находившиеся в здании рейхстага, они пришли в ужас. Необходимо бы-ло незамедлительно принять меры, чтобы упредить спартаковцев .
У Шейдемана созрел план. Не посоветовавшись с товарищами, он бросился к окну, выходившему на Кёнигплац, где в тот момент собралась большая толпа, и, вы-сунувшись, от собственного имени провозгласил республику. Эберт был разгневан. Он всё ещё надеялся каким-то образом спасти монархию» (У.Ширер “Взлёт и паде-ние третьего рейха”, т. 1, Москва, «Воениздат», 1991 г., стр. 78).
|
